Отблески солнца.

Резали траву. Весна и сорняки надо вырывать. Сначала срезать, потом перелопатить. Выбрать корешки и перелопатить еще раз.
После этого можно что-то делать с землей.
Кто-то - от нечего делать ли, или из жалости к погибающей красоте, выбрал из кучи срезанной травы полевые цветы.
Букет получился гигантский. Я дотрагиваюсь кончиками пальцев до светящихся сочно-желтых лепестков. Свет. Такой теплый не слепящий свет.
За спиной скрипнет дверь и ты увидишь меня. Тебе сегодня лучше, свежий воздух хорошо на тебя действует, но даже не глядя на тебя, я знаю как ты сейчас бледна.
Трудно быть врачом при страдающей девушке.
Ты подойдешь ко мне и, думая что я погрузившись в себя, не замечу твоего легкого прикосновения, несмело дотрагиваешься до моих волос.
Я знаю - сейчас они бесконечно красивы. Яркая, живая рыжина, солнечный свет без солнца. Ты как то сказала об этом.
Они сияют, когда я умиротворен и спокоен. Значит - очень редко.
Закрывая глаза я чуть откидываюсь назад, прислоняя свою голову к твоему животу, позволяя тебе спокойно на меня посмотреть, прикоснуться к лицу, не видя моих глаз. Они слишком темны для твоих светлых, золотистых зеркал, нисколько не помутневших от долгой болезни. Я позволю тебе наслаждаться тишиной, и моим полусном, без обычного моего наcтороженного наблюдения за твоим состоянием. Тебя это мучает не меньше чем боль, которую приносит твоя болезнь.
Сейчас я встану и обниму тебя. Почувствую твое ровное, светлое тепло, твое спокойствие с которым ты умираешь - уже.
Я почувствую твое смирение, и постараюсь его разделить. Для тебя.

Максим Тархов
[email protected]

Это все цветы.