Гость

Мелкие мокрые капли залетали в открытую форточку,а праказник-сквозняк нагло и жестоко бросал их в лицо.Казалось, ему было всё равно:что он поступает не очень прилично по отношению к молодой даме:ему было совсем невдомёк, что его действия бесполезны,ведь никогда не затушить ничтожной каплей пылающую изнутри человеческую плоть.И пусть этих капелек будет тысячи,хоть миллионы миллиард, они лишь капли в бездонном океане девичьих слёз.Какбудто сквоняк понял это и успокоился.Но ветренная суть взяла своё: и дерзкий ветер, вроде и не было той сопливой сырости, весело стал извивать всевозможными витками серый тонкий тобачный дым.Нет, не тот дым от того огня, хотя и без того огня этого дыма бы не было.
Сквозняк,сырость,дым...На неё смотрели большие зелёные глаза.Такие зелёные, что сама трава бы позавидовала.И такие большие, что весь мировой океан казался мелкой лужей. И в них можно было утонуть, и можно было им верить, и бояться... бояться не их, а своей беспомощностью перед их величностью и простотой. Это та простота, с которой наивные пары открывают друг другу свои секреты. Только она знала, что именно эти глаза её никогда не предадут, не обманут. Впитают в себя, и станет легче, ведь они всё понимают. И так нужен тот, кто действительно понимал бы, понимал без слов и мыслей, немо понимал и молчал, долго молчал и понимал. Понимал сегодня, завтра, потом... Ведь потом осталось не так уж и много. И главное, чтоб это был не человек. Люди не понимают. Они лишь могут притворяться, воображать, делать вид, что ценят, любят и понимают, но при этом всегда остаются при соём мнении. И пусть даже это мнениё, казалось бы, сходится с твоим,но они разные. Но самое весомое то, что люди лгут, лгут всем: себе, близким, случайным; лгут на зло, во имя добра, потому что не могут сказать правду; ищут причины и оправдания, понимая, что это тоже ложь, обман, пыль, в конце концов.
Она создала его сама.Вернее она хотела, чтоб он пришёл, и он пришёл.Она никогда не спрашивала, кто он, и он никогда не рассказывал, откуда её знает. Он вообще мало говорил. Приходил лишь в такие ночи, немые и сырые от её слёз,когда конденсация дыма в её комнате превышала какую-то планку, которую знал только он. Он подходил к ней в темноте и ложил свою руку ей на плечо. Она окуналась в его грудь и переставала дышать... И в такие минуты ни что не связывало её с этой жизнью. Тогда она переставала плакать, и они до восхода солнца не раняя ни слова смотрели в окно, в котором отражались его зелёные глаза... Акогда утро далеко уже уплывало, она просыпалась и никому никогда не говорила о нём...
 (406x640, 46Kb)