Эта, но другая, ночь. Опиум для двоих

В колонках играет - Alice Cooper - Poison
Солнце медленной поступью сходило с небес, как по ступенькам, к линии горизонта. Вдруг блеснуло, вспыхнуло кроваво-красным заревом заката и, тихо догорая, исчезло.Наступил полумрак. Сумерки, просачиваясь сквозь мелкие щели между оконными рамами, проникают в квартиры. Люди, «стандартные» люди, спасаясь от своих страхов, вечно плетущихся темной свитой за Ночью, зажигают електрические лампочки, наполняя помещения блеклым, неестественным светом, который, увы, не может защитить их. Улица также частично залита светом: фонари – вечные стражники дня – с полнейшей апатией провожают усталыми взглядами проходящие мимо парочки, которые, также желая уберечься от гнетущего чувства, ищут защиту и поддержку в своих партнерах, тесно прижимаясь друг к другу.Я медленно бреду домой, жадно глотая свежий ночной воздух и радостно приветствуя Госпожу. Как долго я тебя ждал. Целый день! Целый век! Почему ты оставила меня утром одного? Почему опять бросила? Почему не забрала с собой? Зачем опять пришла?Я злюсь сам на себя , проклиная свою нетерпеливость. Но злость быстро исчезает: ведь пришла Она! Ночь! Я опять ощущаю ее сладосный вкус, слышу, манящую сложными, многограными переборами, музыку, чувствую горьковатый привкус сигарет и кофе на губах... Я горю желанием опять пройти в несуществующую дверь, которая отделяет этот, наш, реальный мир от Того... Но в то же время я оттягиваю удовольствие, не спешу домой. Не спешу открывать эту дверь... Я успею.Сегодня необычная Ночь. Она необычна даже для Ночи, она... другая... Ведь сегодня я не один. Ведь со мной идет человек, возможно, понимающий меня, способный увидеть то же, что и я, человек, которому знаком Тот мир. Она идет рядом и с интересом смотрит по сторонам, привлеченная незнакомым, захватывающим пейзажем, слушает тишину. И дышет, тоже жадно дышет!И мы, не спеша открыть дверь в этот сказочный мир, наслаждаемся дорогой... Ведь нам некуда спешить: у нас впереди Ночь! Неспеша приближаемся к дому, по дороге напеваем отрывки из Арии, Крематория и Кино, посмеиваясь друг над другом, когда кто-то из нас забывает слова...Под корявое исполнение «Потерянного рая», сопровождающееся скрежетом ключа, мы зашли. - Добро пожаловать, дорогой хозяин! Ну и ты заходи, – с легкой иронией сказал я, чем вызвал ее милую улыбку. Она, кажется, поняла, что это ирония, а не что-то другое. Но я должен был это сказать. Я хотел снова увидеть ее улыбку...Мы пели песни, но уже под гитару, временами потягивали кофе из маленьких фарфоровых чашечек. Я курил и едкий голубовато-сизый дым заполнял комнату ароматом, сглаживал линии, превращая окружающие предметы в бесформенную тягучую кашу. *****Мы пребывали Там. Блуждали дремучими лесами, извесными и неизвесными дорогами, которые были уже когда-то кем-то пройдены или которые еще предстояло пройти. Перед нами возникали образы друзей, знакомых, родственников, врагов, недругов... Мы посетили ад. Выпили по чашечке ароматной лавы в компании демонов и бесов. Мы посетили рай. Мы вместе, держа друг друга за руку, прыгнули с Замковой и вместе, воскреснув, насладились закатом солца на Щековице. Мы, лежа на золотистом влажном песке, встречали рассвет на берегу моря, которое сегодня еще не имеет названия. Мы побывали везде! Мы жили, не существовали! Сердца переполнялись эйфорией, души сплетались вместе дивными узорами, поражающими воображение...Иногда на мгновенье, казавшееся нам вечностью, мы переступали границу, порог между этим и Тем миром, чтобы вновь наполнить наши чашки обжигающим бодрящим напитком, чтобы сменить музыку, чтобы, открыв окно, впустить в комнату вместе со свежим воздухом ночную тишину... Но мы ни на мгновенье полностью не покидали Того мира, не покидали друг друга... Мы были вместе. Не имеет значения, где мы были: там или сдесь, и где именно - «там», а где - «сдесь», ведь мы были и там и сдесь одновременно. Мы жили. Водоворот событий, мест, времен... Дикая скачка... Дикая пляска... Дикая ночь... Эйфория сменяется тоской. Тоска – злостью... Улыбка... И... Вновь эйфория! Мы кружились, носимые стихией между двумя мирами, жестоко насмехаясь над ними, издеваясь над тем, что они не смогут быть так близко друг к другу, как мы... Два мира... И мы между ними... Миры?! Какие миры?! Не было никаких миров! Были только мы! Только мы и Ночь! Не такая Ночь. Не такая, как предыдущая, другая... Нет! Сегодня были только мы! Ночи не было. Но только сегодня. В первый и, может быть, в последний раз...Мы остановились лишь под утро. Поняли, что всего за одну ночь не успеть. Что ночь догорает быстрее, чем сухие сосновые поленья в камине.Светало. Сумерки. Опять сумерки. Вчера такие желанные, а сегодня... Всего не успеть. Думаю, надо много, очень много ночей, чтобы успеть хотя бы малую долю того, что стоило бы познать. И стоит ли пытаться познать все? Что будет потом? Что останется в душе? Воспоминания? Муки сожаления о том, что все уже в прошлом? Чего больше не суждено испытать еще раз? И и чем все кончится? Заря на Замковой и короткий, но тянущийся целую вечность полет вниз? Вся наша жизнь – полет вниз. Мы, обессиленные, выкинутые водоворотом чувств, не разжимая обьятий, упали в реальность, больно ударившись об нее, но не заметив этого. Уснули, но и во сне мы были вместе.Утро. Оно наступило. Все таки оно наступило... Вновь. Ночь уже ушла. Она уйдет вот-вот. Тоска и горечь расставания пока еще дремлют, но я понимаю, что это не надолго. Я просто еще не осознал реальность случившегося. Не осознал его сути. Рядом с ней, такой особенной, я и себя чувствовал особенным, не таким, как все. Но я не гордился этим, я этим наслаждался...Сейчас она уйдет подобно Ночи, но теперь я буду ждать ее вечерами. Ночь без нее уже не будет такой, как прежде. Мне кажется, что я познал смысл жизни. Мне действительно так кажется. И еще... Я бросаю курить. Больше незачем укорачивать себе жизнь. Ведь теперь мне есть ради чего жить.22.05.2006 ЛюТиК. 260px-Papierosa_1_ubt_0069 (260x195, 10Kb)